Глава 1. 

Солнце лениво катилось по небу, словно не хотело заканчивать путь. Морозный ветер ласкал ветви деревьев, которые остались без листвы так давно, что успели соскучиться по их роскошному наряду.
Могучий, но одинокий дуб грустно покачивался из стороны в сторону, зная, что простоит века. Из-за него выглянула волчья морда с тощим кроликом в зубах. Волк робко обошел дуб и остановился. Он огляделся, боясь, что его кто-нибудь увидит. Над его головой пролетел ворон, и волк испуганно припал к земле. Но вот все стихло, и он быстро нырнул в большую нору между корнями. В ней было тепло и сухо, ветер туда не проникал, а воздух в ней был насыщен ароматом молока. Глаза хищника сверкнули во тьме, и он тихо тявкнул. Из глубины послышался голос:- Милый, это ты?
- Да, отозвался волк.
Золотой луч света ворвался в пещеру, окрасив ее стены в золотое блестящее одеяние, осветив самую темную часть, где лежала на боку белая волчица, а возле ее живота, тесно прижавшись, друг к другу, спали три крошечных волчонка. Волчица была заметно худой, ее шерсть свалялась в колтуны, она выглядела уставшей и измученной, но в ее голубых, словно два бездонных озера, глазах светилась материнская нежность, любовь и счастье. Она перевела взгляд на темно-серого волка, который стоял у входа, любуясь своими детками. Наконец, он очнулся и подошел к белоснежной красавице.
- Это тебе, Иная, - он положил перед ней кролика и нежно лизнул ее в морду. Волчица принялась за еду, а ее возлюбленный начал вылизывать каждого волчонка по очереди. Иная совсем недавно родила трех сыновей. С тех пор как начались сильные морозы, она и носа не высовывала из своего убежища, но о ней заботился ее любимый – Небосклон - вожак волчьей стаи.
- Сегодня холодно?- с жадным интересом спросила Иная, и быстро перевела взгляд на детей.
Небосклон понял намек, присутствующий в ее вопросе и сказал:
- Вчера вечером выпал снег, все наши тропинки засыпало, но самое худшее, что олени уходят, - он посмотрел в глаза Инае и увидел в них страх. Он знал, что она не побоится пойти вместе со стаей за оленями, но она не сможет вместе с детьми, пройти даже на один лисий хвост от леса. Но он не мог бросить ее здесь. К тому же скоро придут охотники, и жизнь во всегда неспокойном лесу станет невыносимой. И так происходило из года в год, волки должны бороться за каждый мышиный хвостик земли, чтобы выжить.
Иная словно прочитав мысли волка, грустно уронила голову на вытянутые лапы. Она знала, что Небосклону не прокормить ее и волчат, она знала, что у нее может не хватить молока и рано или поздно один из ее сыновей умрет, но она будет бороться за их жизнь, пусть ради этого отдаст свою, ведь так бы поступила любая мать.
Небосклон глубоко вздохнул и сказал:
- Все будет хорошо, - сам он не верил в то, что сказал, но он надеялся, что хоть это поднимет настроение Инае.

Глава 2.
                                   
Небосклон возвращался к стае. Вот он обогнул знакомый пень и вышел на заснеженную поляну, где, свернувшись, спали или отдыхали волки. Первая его заметила старая волчица с дымчатой шерстью. Она издалека кивнула ему и встала, потянув затекшие лапы. Небосклон подбежал к ней и спросил тихо, чтобы не помешать другим волкам:
- Все спокойно?                                   
- Белонога и Шрам обнаружили возле самой нашей границей следы чужой стаи, но они не заходили на нашу территорию, - доложила волчица.
- Спасибо, Руфия, - он не стал спрашивать у нее об оленях, боясь услышать, что они ушли. Он посмотрел на старую волчицу. Ее дымчатая шерсть в нескольких местах поседела, но в глазах горела все та же решимость, что и в ее далекие молодые годы. Вожак уважал ее и всегда прислушивался к ее советам. Он вспомнил, когда еще несмышленым волчонком слушал ее захватывающие рассказы и сказки. Из раздумий его вывел тревожный голос молодого волка Шрама:
- Небосклон! Небосклон! Олени ушли! Если мы не пойдем за ними, то умрем с голода!
В глазах Небосклона застыли страх и отчаяние. Сердце говорило ему, что нужно оставаться с Инаей, но он понимал, что Шрам прав. Уйдут олени и в лесу будет свирепствовать голод, который будет оковывать всех не щадя ни стариков ни детей.
Возле Небосклона собралась вся стая. Волки сидели и в немом отчаянии ждали решения вожака. Но Небосклон молчал. Он не знал, как поступить. Его сердце разрывалось между Инаей и стаей. Он обвел глазами собравшихся волков, но они лишь отводили взгляд. Первой нарушила молчанье Руфия:
- Вы должны идти!
- Вы?- удивленно спросил Сокол – лучший охотник в стае.
- Я остаюсь с Инаей, - в ее голосе чувствовалась боль, но она пыталась оставаться спокойной.- Я стара и чувствую, скоро отправлюсь к звездам. К чему вам в пути обуза?
Ее прервал отчаянный вопль Небосклона:
- Не говори так! Ты не обуза! Ты часть нашей волчьей семьи!
- Но кто тогда позаботиться об Инае и о твоих детях?- повысила голос старая волчица.
Небосклон отвернулся. Он знал, что должен довериться ей, но не мог. Не мог решиться.
- Я понимаю тебя, Небосклон,- спокойно проскрипела волчица.- Я позабочусь о них.
Вожак с благодарностью посмотрел на Руфию.
- Я должен попрощаться с Инаей. Я хочу ей все объяс.…
Но его прервала дымчатая волчица:
- Нет! Не теряйте времени! Я сама ей все объясню.
Небосклон благодарно ей кивнул и встал.
- Сокол,- позвал волк.- Собери охотников, и прочешите весь лес в поисках дичи. Перед дорогой нам нужно подкрепиться. Мы вернемся в первый же день весны!
Сокол тут же вскочил и, взяв, с собой еще троих волков побежал в лес. Небосклон тем временем продолжил:
- Воркотунья, осмотри всех волков, чтобы у них не было ран и болезней. Не хватало, чтобы в пути были раненые.
Воркотунья – единственная из волков учила все целебные травы, чтобы знать их применение. Изящная светлая волчица кивнула Небосклону. Она решила, что займется осмотром после собрания.
Затем Небосклон повернулся к Руфии и торжественно проговорил:
- Руфия! Ты отважная и мудрая волчица. Вся стая гордиться тем, что у нас была такая охотница и защитница. Но теперь пришло время прощаться!- он дотронулся своим подбородком до макушки склонившейся волчицы, как подобает при прощании.- Прощай, Руфия – Мудрая Охотница!- и все эхом повторили: «Прощай, Мудрая Охотница!»
Руфия подняла грустные глаза на Небосклона, и в какой-то момент их взгляды встретились и они были полны тоски и боли, но вот Руфия развернулась и поплелась в сторону дуба, где жила Иная с волчатами. Она то и дело оглядывалась назад и прежде чем скрыться крикнула Небосклону:
- Я передам Инае, что ты ее любишь. Доброго пути!
Небосклон смотрел вслед уходящей волчице и подумал: «Увижу ли я ее снова?» Мелкая дрожь пробежала по его спине, когда он подумал, что может он, поступает неправильно. Может быть, он совершил, большую ошибку оставляя Руфию и Инаю на произвол судьбы.

Глава 3.

Иная дремала в своей норе, а ее щенята сосали молоко. Послышались чьи-то шаги, и волчица сонно посмотрела на вход, у которого появился чей-то темный силуэт. Это была дымчатая волчица. Иная сонно сказала:
- Привет, Руфия. Что ты здесь делаешь?- белая волчица широко зевнула, показав белые клыки.
- У меня к тебе разговор, Иная.… Боюсь, он не будет приятным,- она сочувственно взглянула на кормящую волчицу. Она не хотела ее расстраивать, но другого пути не было.
Вдруг один волчонок громко заскулил, и Иная тут же зашептала ему на ушко колыбель и он успокоился. Она серьезно посмотрела на Руфию и спросила:
-Какой разговор?
И Руфия рассказала ей все, что произошло на поляне. 
- Значит они ушли за оленями?- переспросила Иная, словно не могла в это поверить.
- Да,- тихо ответила старая Руфия.- Я пообещала Небосклону, что позабочусь о тебе и о твоих детках,- она указала хвостом на сопящих малышей. Взгляд ее потеплел, и она проворковала.- Твои малыши – просто загляденье! Скоро тебе придется выводить их на свежий воздух, а чуть попозже обучать охоте!
Иная мечтательно закатила глаза, представляя себе трех больших мускулистых волков - ее сыновей!
- Как я хочу, чтобы наступила весна! Я просто не представляю себе, как я справлюсь с этой троицей, когда на дворе такие морозы!
- Небосклон обещал вернуться в первый же день весны,- протянула дымчатая старуха.
Огонек надежды вспыхнул в голубых глазах белой волчицы. Она весело повиляла хвостом и сказала:
- Но ведь весна уже не за горами!
Один волчонок больно пихнул маму в живот, и она нежно лизнула его в лобик. Вдруг, наблюдавшая за мамой и детьми, Руфия вся напряглась, хвост встал трубой, а ее загривок распушился, и она, посмотрела на Инаю округлившимися от страха глазами, и дрожащим голосом пролепетала:
- Охотники!
Иная мгновенно поднялась, и, схватив одного волчонка за загривок, перетащила его в малюсенькую норку под корнями. Послышались тяжелые шаги, и темная тень легла на нору, где скрывались волки. Руфия помогла перетащить всех волчат и встала у входа, на случай если охотник решит заглянуть в нору, а белая волчица припала к норке, где были волчата, закрывая ее собой. Вдруг все затихло. Иная вся дрожала, она не смела, произнести ни звука. Руфия осторожно посмотрела между корней и увидела охотника, который сосредоточенно смотрел куда-то в сторону, а в руке он держал ружье. Старуха повернулась к Инае, чтобы подойти к ней, как вдруг в пещеру просунулось ружье, и Руфия тут же схватила его зубами. Охотник потянул оружие что было силы, но волчица крепко вцепилась в его ствол, она неожиданно отпустила его, что даже охотник упал, и выпрыгнула из норы. Иная с ужасом наблюдавшая за этой картиной, взмолилась, чтобы с Руфией ничего не случилось.
Охотник лежал на спине и тяжело дышал, когда он услышал угрожающее рычание начал рыскать рукой в поисках ружья, но волчица успела отбросить оружие лапой. Она приблизила свою морду к лицу человека и оскалила свои белые, немного затупленные старостью клыки. Из норы послышался голос Инаи:
- Не надо, Руфия! Не убивай его!
Старая волчица тут же отступила назад к норе, а охотник со всех ног убежал. Руфия гордо смотрела ему в след, она была довольна собой. К ней подошла Иная и восхищенно посмотрев на ее спасительницу, горячо отблагодарила.

Глава 4.

Прошло пять дней с тех пор, как Руфия прогнала охотника. За это время их никто не тревожил, и жизнь шла своим чередом.
Иная выбралась из норы, а за ней кубарем выкатились ее сыновья. Мать улеглась под ветви ели, а волчата начали играючи бороться друг с другом. У входа в нору ела дрозда Руфия. За последние дни она сильно изменилась. Она хуже стала есть, ее шерсть запуталась и стала грязной, у нее часто болели суставы, зрение резко упало, и спала она очень беспокойно. Иная очень беспокоилась за нее, когда она спрашивала, может ли она чем-нибудь помочь, то старушка отвечала, что ей ничем нельзя помочь и что она в лапах жизни.   
Вдруг маленький Шмель закричал Туману:
- Тебе не победить меня злодей! Я самый сильный!- и он повалил на бок своего брата.
- А я самый грозный и свирепый!- кричал неугомонный Туман, пытаясь выбраться из-под Шмеля. 
А их третий брат гордо сидел на камне и наблюдал за возней волчат. Наконец, Туману удалось выбраться и, посмотрев на третьего брата, съехидничал:
-А ты что струсил с нами сразиться?
- Нет!- и Месяц высокомерно посмотрел на него.- Я вожак! Когда захочу, дерусь, а когда не хочу, нет! Я тут главный!
Иная позвала своих детей к себе. Ей не очень понравилось, что Месяц думает, что быть  вожаком это только делаешь, что захочешь и всеми командуешь. Когда дети успокоились, она начала:
- Вы уже большие и взрослые. Я думаю, что пришла пора вам рассказать, что такое жизнь в стае, ведь вы часть ее.
- А где наша стая?- перебил ее Шмель.
Этот вопрос застал Инаю  врасплох, но ее спасла Руфия:
- Ваша стая сейчас здесь. Мы и есть одна маленькая стая. Но скоро она станет намного больше!- проскрипела старуха.
Волчата восхищенно вытаращили свои глазенки. Воспользовавшись моментом паузы, мать продолжила: 
- В стае все равны, но во главе стоит вожак. Он мудро и справедливо управляет стаей. Ему, должны, все подчинятся,- Иная была очень рада, что ее волчата так этим заинтересовались.- Все волки в стае должны друг друга уважать. Когда настает момент опасности, они не разбегаются кто куда, а вместе встречают ее и вместе дают отпор! Волки должны друг друга оберегать и защищать! Таков закон стаи. Кстати, ваш отец – вожак стаи!
Волчата удивленно ахнули! Вдруг Инае стало как-то весело на душе. Она вдохнула полной грудью свежий воздух и прислушалась. Она услышала, как чирикают птички на ветках деревьев, как журчит где-то рядом ручей…. Вдруг ее осенило! Она только что услышала журчание ручья! Она вскочила и бросилась в сторону звука. Белоснежная красавица выбежала к берегу. Посмотрев на реку, ее сердце радостно застучало! Начался ледоход!
- Весна пришла!- выдохнула она.
Когда она вернулась, то поймала на себе недоуменный взгляд Руфии, но когда она узнала что, наконец- таки пришла весна, волчица помолодела на глазах!
- Скоро вернется стая!- радостно воскликнула она.
Вдруг из-за ели вышло два волка и одна волчица. Все они выглядели облезлыми, голодными и злыми. Иная тут же повела волчат и Руфию в нору. Чужая волчица медленно подошла к Инае и сказала:
- А я думала они ушли навсегда!- она хитро сверкнула глазами и протянула.- А мы хотели занять их территорию!
- Никогда!- воскликнула Иная. Она никому не уступит территорию ее родной стаи, где она родилась и принесла потомство. Гнев охватил волчицу, и она приняла оборонительную стойку и оскалила зубы.
Вдруг из норы выпрыгнул разъяренный Туман. Он начал лаять и рычать на чужаков. 
- Убирайтесь!- рявкнул волчонок. 
Из кустов выпрыгнул темно-серый волк и встал между разъяренными волчицами. Иная не могла поверить своим глазам! Это был Небосклон! Вожак посмотрел на любимую и сына  такими счастливыми глазами, какими никто на свете еще не смотрел…. Он обернулся на чужаков и сказал:
- Вот я и вернулся! Убирайтесь отсюда!
- И побыстрее пока я добрый!- крикнул Туман, вставая рядом с отцом. Он залился звонким лаем.
Три чужака так и покатились со смеху. Один волк сквозь слезы поддразнил волчонка:
- Ой, как страшно! Сейчас прямо убегу!
И сзади неприятелей раздался знакомый голос:
- А следовало бы!- на поляну вышел Шрам, а за его спиной начали вставать все новые и новые ряды волков. Небосклон с усмешкой смотрел, как три волка улепетывали от них. Он развернулся и потерся об Инаю. Он с гордостью посмотрел на его сына – Тумана, который спросил у мамы:
- Мам, а я хорошо поступил? Ты ведь учила меня, что нужно защищать свое племя, и я его защищал! Ведь это закон стаи!